Практика малых дел. Как работает украинская взаимопомощь

«Мне нравится, когда нам дают гуманитарку — продукты, одежду, обувь, потому что тогда на это не надо тратить деньги, и их можно потратить на школу или поехать куда-то. Если бы не было помощи, то я не знаю, как бы мы тут жили».

Люба — обычная украинская восьмиклассница. «Я просто подросток», — говорит она о себе. Девочка связно излагает мысли и, наверное, неплохо учится. Возле нее стоит растрепанный мальчишка — брат Саша, тоже восьмиклассник. Всего же в их семье восемь детей. Младшенькой — четыре месяца.

Всех их мать воспитывает одна. Источников дохода у семьи всего два — пособие по утрате кормильца и «детские». Пару минут назад Любе и Саше Тачан дали по паре зимней обуви. Сестра и брат даже примерно не представляют, какая сложная схема сработала, ради того, чтобы у них сегодня блестели глаза.

Как обуть соотечественников

Средства на обувь пришли прямиком из столицы Европейского Союза. Глава «Об’єднання українок Бельгії» Наталья Остах рассказала, что деньги на помощь детям в «серой зоне» собрали на концерте львовского ансамбля «Любисток». Вход был платный — 5 евро с человека. кроме того, на мероприятии можно было купить украинские блюда, напитки, сувениры. Всего на концерт пришли около 80 человек, а общая сумма сборов превысила тысячу евро.

Связующим звеном с волонтерами выступила координатор общественной организации «Донбасс SOS» Ольга Гвоздева, которая через главу культурно-образовательной фундации «Либери Либерати» Максима Потапчука вышла на координатора проекта организации «Сaritas Краматорск» Татьяну Линг, которая и предложила помочь детям Луганщины зимней обувью, тем более, что изготовить ее могут в соседней Донецкой области.

Всего было получено 28 пар обуви, которую теперь носят ребята в Новоивановке, Нижнем и Счастье Луганской области, а также в Светлодарске и Константиновке Донецкой области

28 сапожек — это 84 часа рабочего времени небольшой краматорской мастерской, которая изготовила 20 пар по себестоимости. Как объясняет собственник мастерской, 34-летний Андрей Шавкунов, это означает, что цена складывается из стоимости материала и оплаты труда работников. Таким образом, пара обходится в 550 грн. Стоимость этой же модели на рыночных условиях — 900 грн. Еще 8 пар Андрей дал волонтерам бесплатно. По словам собственника мастерской, ежемесячно он дарит не менее 10 пар обуви тем, кто остро в ней нуждаются.

В тысячу раз меньше

«Мама здесь работает в похоронном бюро, зарплата — тысяча гривен. Переселенческие не выплачивают уже 4 или 5 месяцев, говорят, что в Кабмине нет денег. Так что для нас это помощь важна: нога растет, вся обувь на меня уже маленькая», — признается девятиклассник Сергей Черняев, переехавший с мамой в Нижнее из Киевского района Донецка, где они жили в районе аэропорта.

Парень рассказывает, что в их школу часто приезжают психологи, которые работают с детьми. «Если ребенок приехал из зоны АТО, то ему это нужно», — уверенно заявляет Сергей, но в ответ на уточняющий вопрос признается, что ему это не помогает.

Ирина — переселенка из Луганска. С мужем и двумя детьми она переехала в Новоивановку Попаснянского района.

«Очень сложно ответить на вопросы, «мама, где горки», «мама, где дети». Как-то отвечаем…» — разводит руками женщина.

Трудно понять, что чувствуют дети, переехавшие из больших городов, вроде Донецка и Луганска, в села, которые иногда в тысячу раз меньше. Более того, в села, которые находятся в «серой зоне» — воображаемой полоске, находящейся вблизи линии разграничения.

«Серая зона» — термин депрессивный, но довольно абстрактный. Более точный — «зона досягаемости», потому что сюда в любую секунду может прилететь снаряд. А пока дальнобойное оружие не идет в ход, долетают только звуки, но и их хватает, чтобы не чувствовать себя в безопасности.

«Гуманитарные организации здесь не работают, — констатирует волонтер Татьяна Линг. — Считается, что это чуть в стороне, и это уже не «серая зона», хотя это самая что ни на есть «серая зона». Плюс здесь много переселенцев, много многодетных семей. Это не Попасная, за которой уже «закреплены» некоторые культурные организации».

Если они люди

 — Старшая дочь уже понимает, что происходит. А пятилетний сын это понимает так, что «плохие дяди стреляют», — рассказывает жительница Новоивановки Виктория, до войны пять лет жившая в Луганске.

— А в мене [син] под одеяло ховається, як бахне. Ілі мені за спину ховається, — добавляет женщина, стоящая возле нее.

Дребезжащие стекла — явление в Новоивановке нередкое.

«Когда начинают ночью падать снаряды — это действительно страшно, — флегматично говорит Александр. — Стекла трясутся — для детской психики это очень тяжело. Я уговаривал семью уехать в Чернигов, когда все началось, но у них здесь корни. «Уехать, а родню бросить и постоянно переживать?» Живем пока так. Пока в огород не упадет… Люди живут везде — если они люди».

Мужчина приехал в Попаснянский район из Чернигова в 2014 году — женился.

Кроме своего ребенка и внука он воспитывает еще троих приемных детей из-под Луганска, у которых погиб отец.

 «Полгода была тишина, сразу все пошло на лад: люди начали что-то делать, что-то латать, что-то строить. А потом опять начались вспышки, и все опять присели: а вдруг завтра с чемоданом бежать?» — рассказывает Александр, чьи навыки строителя оказались в «серой зоне» абсолютно не востребованы.

Гранит науки

Приобретение обуви может казаться элементарной потребностью, но в «серой зоне» все искажается, словно в черной дыре. Здесь родителям не всегда легко даже накормить детей.

В Нижнем эту необходимость частично обеспечивает школа. В Нижнянском учебно-воспитательном комплексе №36 учится 120 человек (90 в школе и 30 в детском саду).

Благодаря военным и волонтерам, которые помогают продуктами, удалось обеспечить питание всем школьникам. Поесть в школу приходят даже те, кто прогуливают уроки.

«Примерно половина школьников из многодетных семей, почти все они малообеспеченные», — говорит директор УВК Елена Бровар.

Елена Степановна проводит для нас экскурсию по школе. Показывает и игровую комнату. Без доски не обошлось и здесь, но на ней — не математические формулы, а надпись «Подорож у Грайландію».

Есть здесь и плюшевые мишки, и развивающие игры. Елена садится на пуфик. «Кресло для релаксации», — комментирует сотрудница школы, отвечающая за комнату. «Так может одно заберем в учительскую?» — в шутку предлагает Бровар.

Через минуту женщина встает — гости уезжают, релаксация закончилась.

Иван Бухтияров, Восточный фарватер

Be the first to comment on "Практика малых дел. Как работает украинская взаимопомощь"

Leave a comment

Your email address will not be published.


*